— Сыночек, просыпайся.
В начале февраля я писал небольшой текст о Доме для прекрасной газеты «Антипа». Тогда я впервые за много лет вспомнил эти слова мамы. И хотя сам факт просыпания был печальным, для меня не было слаще голоса и момента.
Когда я оказывался в пучине гнева, то мама говорила: «Представь, что это — чей-то сын или дочь». Не прекращаю злиться, но эти слова спасают в самый последний момент, когда объяснение уже не помогает.
Последние несколько лет думал о возможных потерях этого мира, отсекая «свое» один за одним, сначала — все материальное. На одной из предпоследних ступеней были родные, затем — светлость разума, в самом конце — жизнь сердца. Оно всегда животворит, даже если разум в тумане или моих знаний не хватает для объяснений.
Мои вера и надежда погибают и возрождаются каждый день, но мысль о том, что сердце всегда будет моим независимо от того, что происходит вокруг, помогает не сойти с ума. А если и его отберут, то мой путь этого мира закончится.
А до тех пор я буду вспоминать и слышать маму, зная, что даже за границей смерти сердца есть другая жизнь. И мы все обязательно встретимся.
